Письма из ЛА

posted in: DANCING PEOPLE, URBAN | 0

Александра Мартынова – танцовщица и педагог, которая поехала за своей мечтой в Лос-Анжелес. И осталась. Как пришло решение переехать, в чем отличие тренировок и танц-культуры и куда едут за учебой, а куда – на кастинги: читайте в первой записи новой рубрики “Письма из ЛА”.

Processed with VSCO with c3 preset

А как же Москва?

Выступления на российских чемпионатах и фестивалях Move forward, Project818, Fame your choreo, FrameUp, Respect showcase: best choreographers of Russia и других мероприятиях московско-петербургского танцевального мира дают возможность прожить уникальные минуты жизни на сцене. Всегда, когда я танцевала в Москве, я параллельно училась и работала в совсем другой сфере, и жила активной «нехореографической» жизнью – раз в несколько месяцев выходить на сцену с накладными ресницами и быть собой перед огромной публикой, всё это по эмоциональному накалу всегда было равносильно полёту в космос.

После сотен часов командных тренировок (Blow your mind; Queen’s pride) началось моё танцевальное образование: popping и frameUp. Две школы, которые буквально познакомили меня с моим телом и в которые я всегда прихожу, чтобы поджечь в себе любовь к искусству, которая у всех нас иногда начинает затухать под часами тренировок, совершенствований и неизбежной рутины.

На первом курсе МГУ им. М.В. Ломоносова я начала преподавать в московских студиях. Сначала, правда, сомневалась, готова ли я быть Учителем, а потом сообразила, что бессовестно держать в себе знания, опыт, огромную внутреннюю силу – и ни с кем не делиться. Так, с лозунгом Each one teach one проглотила неуверенность в себе и стала помогать тем, кому нужен был мой пример и поддержка.

Я с огромным удовольствием открыла группу в студии Hermes, потом в Trinity dance studio, в школе Labirint, и у меня появились свои ученики. Я очень хотела дать всё, что могу. Преподавание, конечно, и мне самой дало увидеть свои слабые и сильные стороны.

Как родилась идея уехать и как она осуществилась?

Как только жизнь в моём родном городе начала налаживаться, я увидела себя через десять лет и решила, что не попробую сейчас уехать в США – загрызу себя догадками «как бы, если бы» через много лет, сопьюсь на московском подоконнике с видом на какой-нибудь осенний бульвар и завою стихами Евтушенко, а, не приведи Бог, и своими собственными. Я в эту жизнь прилетела танцевать. А не страдать и макать овсяное печенье в зелёный чай.

Первый раз «без родителей» я выехала за пределы России в возрасте 16 лет. Вдвоём с моей подругой из B.Y.M. crew мы, повизгивая от восторга, оттанцевали очередной сезон командных чемпионатов и полетели через океан смотреть на красные стены студии Millenium и “чёрные танцы” в Голливуде. Тогда туристическую визу получить было не так уж сложно, и мы попали в первую волну российских танцоров, которые куда-либо выезжали перенимать западный опыт.

Побывав в Лос-Анджелес ещё несколько раз, я решила, что хочу здесь жить. Что я буду здесь танцевать.

Через четыре года я закончила университет, съехала из московской квартиры, отдала кота бабушке и решила, что мне пора.

Это очень, конечно, прозаично звучит, но потом дело обернулось визой. Эмиграция сегодня предполагает нескрываемое желание принимающей стороны тебя заполучить в свои объятья. Мне нужно было документально подтвердить свою значимость в мире искусства. Как именно, расскажу чуть позже.

Сложно ли было принять это решение, какие трудности возникли?

Недавно меня спросили, страшно ли было уезжать. Туда, где тебя никто не ждёт и ты никому не нужен. И где люди говорят на другом языке. И мусор выбрасывают они в свои какие-то разноцветные баки. И, вообще, тебя там никогда не стояло. Ну, приедешь ты в свою Америку. И что будешь делать? Одна в чужом городе. Ночью. У тебя друзья-то там есть? Ты девушка. Ладно бы, парень…

Было очень страшно не уезжать. Мне было очень страшно остаться в уютной квартире в центре Москвы и смотреть, как люди вокруг меня исполняют свои желания и делают, что хотят. Где хотят. Живут, как будто бы одним дублем.

Кто-то плывёт по течению в жизни. Но я-то из мегаполиса, а не из Индийских деревень – у нас, когда расслабленное тело просто несёт по воде, обычно считают, что это тело уже давно бездыханный труп…

Не надо специально бороться с миром, не надо никуда плыть. Мы же хомо сапиенс! Наш удел: идти, куда душа пожелает, и на планете не мусорить.

Был ли план или все происходило по импровизации?

Спланировать переезд в моём случае было практически невозможно. Я с удовольствием об этом расскажу, когда иммиграционная служба одобрит мне рабочую визу О-1. Сейчас могу сказать только, что 90% вопросов решаются только на территории страны – из России очень сложно что-то наколдовывать за 10 тысяч километров.

Что удивило по приезде?

В Америке по-другому танцуют. По-другому собираются на класс, по-другому улыбаются друг другу в студиях и совершенно по-другому тренируются.

Оказывается, есть два основных города, куда стоит ехать: Лос-Анджелес и Нью-Йорк. В NYC – за базой (хаусом, хип-хопом, уличными стилями), а в LA – за коммерческими направлениями. В Нью-Йорке все занимаются развитием, тренировками и мало чего выкладывают в Instagram. А в Калифорнии все хотят работать. На классы здесь ходят в макияже и выигрышных лосинах, чтобы хореографу запомниться, и потом получить от него приглашение на проект. А потом запостить фоточку со звездой – и получить новый проект. Так что, говорят: учиться – в Нью-Йорк, а на кастинги – в Калифорнию.

Многие танцоры всё равно вынуждены работать в кафе и офисах (на так называемых side jobs). А те, кто уже крепко стоит на своих танцевальных ногах и зарабатывает любимым делом себе на Jimmy Choo, уж поверьте, упахиваются в студиях с утра до поздней ночи.

Как находили для себя танцевальные школы?

В Америке очень просто найти где танцевать, потом остаётся только выбрать. Начинаешь ходить в одну студию – в коридоре знакомишься с другими танцорами и узнаёшь от них о других интересных школах, мастер-классах и всяческих событиях, куда стоит лететь сломя голову. Абсолютно все танцевальные студии используют Instagram для личного продвижения: туда выкладывают актуальное расписание, замены, отмены, прямые трансляции с классов. Мы устраиваем с коллегами digital-detoxы на пару дней, но потом приходится навёрстывать, чтобы не упустить кастинг или instastory «послезавтра нужны танцоры для видео…»

Танцевальные агенты мне говорят, что скоро первый этап кастингов будут проводить роботы, отсеивая профили танцоров с низким количеством подписчиков в Instagram. Но это не страшно, Justin Timberlake, например, в кастинги совсем не верит и никогда их не устраивает. Танцорам звонят за несколько дней и говорят: «Свободна в эти 20 месяцев?»

Какие отличия есть в танц-культуре? Как проходят тренировки?

Если с макияжем на классы ходят ещё не все, то абсолютно у каждого танцора есть на тренировке своя бутылка воды – многоразовая. Им кажется диким пластиковыми бутылками засорять всю планету. В каждой студии стоит бесплатный фонтанчик с водой. Кто-то берёт с собой небольшое полотенчико на тренировки. Antoine Troupe говорит, что то, как танцор выглядит (всегда) – для него говорит о том, насколько серьёзно ты к своей карьере относишься. Внешний вид для артистов значит чуть больше, чем для математиков.

Нас учат следить за собой. Носить своё тело на массаж, тянуть мышцы по утрам и заниматься медитацией. Принимать ванну с epsom salts и питаться здорово – по-вегански, без мусора. Давать себе отдохнуть и уезжать на природу на денёк, чтобы с новыми силами мучить своё тело в тренажёрном зале в шесть утра. Очень популярна в Америке история с подкастами: пока я была в Москве, я даже не знала, что у меня на телефоне по умолчанию имеется для них приложение. А здесь идёт спортсмен на тренировку – слушает в наушниках мотивационные истории какого-нибудь по-американски успешного Уилла Смита. Здорово? Всяко лучше, чем очередную песню Криса Брауна, дай Бог ему долгих лет.

Вот и я теперь. Чередую привычные мне лекции по психологии из рутюба с американскими магнатами. Пока неплохой микс получается. Основная философия здесь: бери и делай. Именно так, грубовато, без каждому шагу присущей драмы и самокопаний в детских травмах/взрослых ожиданиях. Лучше? Нет. Просто по-другому. Где-то местное LET’S GO! эффективней, где-то кажется поверхностней… Всем нам ещё учиться и учиться, как жить.

А что сейчас?

Сейчас я тренируюсь целыми днями, хожу на классы. Работать официально смогу с появлением рабочей визы. Тренирую терпение и настойчивость. Очень счастлива и, как правило, почти без ног под конец недели. Ищу второе дыханье. Оно же у всех есть?

Инстаграм Александры: @martynchek