ALL THAT JAZZ: про обучение за рубежом или как попасть на Бродвей. Интервью с танцовщицей и хореографом Светланой Хоружиной

размещено в: DANCING PEOPLE, STAGE, ВСЁ | 2

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozadoУ каждого танцора складывается уникальная судьба в профессии, и история Светланы Хоружиной – это пример того, как можно всего добиться собственными силами и желанием.

МоскваПарижНьюЙорк, от бальных танцев через контемпорари и джаз-модерн к бродвейскому джазу, как итог на сегодняшний день – годовой контракт артиста бродвейского мюзикла легендарного Боба Фосси «Пиппин», который отправляется в тур по Северной Америке этой зимой.

 Где за пределами России учиться, выступать, ставить и проходить кастинги в шоу мирового уровня, справляться с травмами и становиться сильнее  –  в истории Светланы Хоружиной.

 

У тебя за плечами обучение в Ницце, Париже и Нью-Йорке. Но до этого ты занималась танцем в Москве. Расскажи где и какими видами танца.

Начинала танцевать я, как и абсолютное большинство детишек, в студии фольклорного танца, меня туда отвели родители. Для общего развития, так сказать. Потом были бальные танцы, довольно серьезно и на целых семь лет: каждые выходные — турниры, довольно успешные выступления, стандартный набор: латина-каблуки-платья-в-стразах.. С моим первым партнером мы заняли призовое место на Первенстве Москвы по европейской программе. Все это было красиво, увлекательно и по-спортивному азартно. Однако в определенный момент мне стало тесно в рамках десяти танцев, и тогда я начала пробовать другие стили. Все: от хип-хопа в школе-студии «Тодес» до эстрадного танца в молодежных коллективах. В итоге случайным образом, уже после окончания средней школы, я нашла в интернете студию джаз-модерна (студия Людмилы Квасневской в Москве), сходила на первое занятие, и влюбилась окончательно и бесповоротно в этот стиль. С творческой группой студии мы выступали на фестивалях, ставили собственные концерты  — это было время творчества и технического роста, самого интенсивного за мою танцевальную жизнь на тот момент. Я начинала пробовать себя в хореографии – так, мы вместе с педагогом поставили соло, с которым я заняла 3 место на международном фестивале «Четыре элемента».  В это же время я открыла для себя контемпорари – занималась у Дениса Бородицкого, два года подряд ездила в его замечательный летний танцевальный лагерь.

theschoolatjacobspillow_muscialtheatredanceprogram_джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozado

 Потом ты поехала учиться в летнюю школу джазового танца OFFJAZZ в Ниццу. Почему именно туда? Какие особенности обучения в этой школе?

Как обычно это и случается, как-то раз я бродила в интернете и читала про разные танцевальные семинары в Европе. Наткнулась на сайт школы OFFJAZZ, они как раз рекламировали свои летние курсы – двухнедельный интенсив, в рамках которого можно брать классы джаза, контемпорари и классического танца у педагогов школы (директор – Джанин Лорингетт, мастер техники Мата Маттокса) и приглашенных педагогов – из разных  городов Франции и Великобритании. Я оформила туристическую визу, забронировала комнату в студенческом общежитии, оплатила курс (эту опцию предлагала сама школа, получалось вполне бюджетно) – так я впервые попала на танцевальные классы за границей. Вообще, школа OFFJAZZ является полноценным учебным заведением, предлагает программы обучения педагогов, а также программы для танцоров джаза, контемпорари или классического балета, рассчитанные на три года. При школе есть танцевальная компания, а ее выпускники впоследствии работают с лучшими хореографами Франции и Европы. Хочу отметить свое самое сильное впечатление – Анжело Монако, эксцентричного мастера модерн джаза. То, как он сочетает классический джаз с элементами современных стилей в своей хореографии, чувственно, музыкально — потрясающе. Он работает со своей командой в Каннах, но ездит с мастер-классами по всей Европе.

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozado

Как ты попала в Институт джазового танца в Париже?

Каждый август танцевальный центр VORTEX в Москве организовывает Джаз-конгресс – серию мастер-классов совместно с преподавателями из Франции, Великобритании и США, с большим концертом в Международном  Доме музыки. Приехав из Ниццы, я практически сразу включилась в этот процесс – такое уж насыщенное выдалось лето. Так я попала на занятие к директору парижского Института джазового танца Рику Одумсу, а также к Джеральдин Армстронг, его коллеге. Это был джаз, с которым я уже была знакома, с одной стороны – и что-то совершенно новое и захватывающее, с другой. Я не пропускала ни одного занятия, и спустя неделю классов Рик предложил мне грант на годовое обучение в его школе в Париже. Благодаря поддержке и энтузиазму моих любимых родителей я решилась ехать – оформила академический отпуск в университете (училась в Высшей школе экономики на отделении Культурологии на тот момент), собрала внушительное портфолио на основании прошлых заслуг в танцах, перевела все на французский, и получила годовую студенческую визу.

Получается тебя взяли учиться во Францию, при том что у тебя не было на тот момент специального хореографического образования – ни профессиональной балетной подготовки, ни обучения в хореографическом  вузе. Почему тогда тебя выбрали?

На тот момент у меня уже было 15 лет танцевальной практики за плечами, многолетний опыт танцевальных конкурсов. К тому же синтез техники бального танца, которую я считаю родной, модерна, джаза и множества современных направлений стал для меня определенным рецептом успеха – в джазе важно в равной мере чувствовать как правильные классические линии, так и мелкую работу по изоляции частей тела, стиль, драйв.. Я за это и люблю танцевать, пожалуй. Могу сказать, что я нашла свое направление и показала себя с лучшей стороны – я всегда была амбициозной, была довольно строга к себе, много работала и хотела учиться. Думаю, Вселенная меня тогда услышала, и таким небанальным образом предложила продолжить танцевальный путь. Рик искал перспективных учеников, и он увидел эту перспективу во мне.

 

 

Сложно ли было в первое время?

Конечно. Во-первых, другая страна и языковой барьер (несмотря на то, что французский я достаточно долго учила в школе и не была «нулем»). Во-вторых, профессиональная система танцевального образования и вообще студенты-танцоры – все это было в новинку. Утро начиналось в 8:30 с урока классического танца, и в течение дня мы изучали техники танца модерн (Хортон, Грэм), джаз, афро-джаз, технику джазовой импровизации. В конце семестра по каждой дисциплине – экзамены, атмосфера – накаленная. К тому же, мало кто учился бесплатно, большинство ребят платили за обучение, поэтому отношение ко мне было разным. Пришлось в довольно сжатые сроки «догонять» однокурсников по технике – например, раньше я никогда так плотно не занималась классическим танцем. Однако я чувствовала себя отлично – наконец-то можно было посвящать танцам целые дни, практически жить в Институте. У нас была форма – только купальник и трико, строгие преподаватели, методичность – я люблю дисциплину в принципе, и поэтому мне было комфортно в этих рамках. Рик Одумс – мастер техники Мата Маттокса, стал моим мастером на целый год – предел мечтаний. С каждым днем я чувствовала джаз все лучше и лучше.

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozadoРасскажи про систему танцевального образования во Франции.

Во Франции все, кто желает связать свою жизнь с танцами, учатся в таких учебных заведениях, как Институт джазового танца – начиная лет с 16. Обычно обучение занимает несколько лет, и когда студент готов попробовать свои силы в поступлении на конкретное отделение подготовки – педагогики или искусства представления, он пробует сдать единый государственный экзамен по технике – джаза, контемпорари или классического танца. Сдача этого экзамена – проходной билет на следующую ступень танцевального образования, средне-специальную, по-нашему. Сдать этот экзамен с первого раза удается далеко не всем, но у меня получилось. Он состоял из трех частей: подготовка заданной и единой для всех хореографии, презентация соло собственного сочинения и импровизации. Могу сказать, что сама подготовка к экзамену существенно повысила мой уровень, так что это был необходимый опыт.

Вообще, в течение года обучения во Франции я имела дело с огромным количеством документов – французы по сути своей бюрократы, ну а к иностранцам внимание особенно пристальное. Обязательный медицинский осмотр для держателей длительных виз, процесс подачи документов на сдачу государственного экзамена, вообще большой обмен разнообразными бумажками – это все может быть довольно непросто, но я освоилась, подучила язык. К тому же иностранный студент во Франции имеет возможность работать определенное количество часов в неделю, а также можно найти бюджетные варианты жилья – так что вариант обучения там является абсолютно реальной возможностью, хоть и немногие об этом знают.

Ты успешно сдала экзамен по джазу и поступила на факультет педагогики – почему ты передумала учиться во Франции и уехала  в Нью-Йорк?

Много раз за год, что я провела в Институте в Париже, к нам приезжали с мастер-классами педагоги из Нью-Йорка, в частности, из легендарной школы Элвина Эйли, а также Чет Уокер, бродвейский хореограф ( с которым я познакомилась  ближе уже после, в США). Так для меня словно приоткрылась другая дверь – в, собственно, столицу джаза, музыки и танца. Летом после окончания второго семестра в Париже я поехала в Нью-Йорк как турист, заранее написав в одну из лучших танцевальный студий, Steps on Broadway. Они к тому времени уже закончили набор на свою двухлетнюю программу обучения, и я попросила об индивидуальном просмотре. Поскольку меня интересовало джазовое отделение (а у них еще есть балет и контемпорари), меня отправили на самый сложный джазовый класс, побеседовали, посмотрели портфолио. Вообще, туда можно отправить и специальным образом снятое видео, на кастинг, но у меня была возможность съездить и посмотреть, захочу ли я там остаться – и место притянуло. Опять же, очень помогли мои замечательные мама и папа, которые поверили в этот проект, в мои силы, и поддерживают меня на протяжении всего этого пути. Оформить американскую студенческую визу оказалось гораздо легче, чем французскую, потребовались только документы о зачислении на учебную программу, — так я оказалась в Нью-Йорке. В это время я также дистанционно заканчивала обучение в ВУЗе и подрабатывала в интернете, фактически, по специальности – помощником PR-менеджера.

 

Steps считается одной из престижнейших студий Нью-Йорка, из наших танцевальных легенд там давали классы Майя Плисецкая и Михаил Барышников. Какова программа обучения?

Помимо технических классов (а это классический танец минимум четыре раза в неделю, пять-шесть классов по специальности и еще несколько классов по «неродным» танцевальным направлениям) программа включает в себя теоретические и прикладные вспомогательные дисциплины – вокал, актерское мастерство, анатомию, теорию музыки, историю танца, диетологию, искусство представления, технику импровизации, композицию и репертуар с действующими хореографами, в том числе и с Бродвея. В конце каждого семестра – отчетный концерт, в течение года – несколько выступлений на городских фестивалях, на телевидении. На открытых классах в Steps регулярно можно встретить бродвейских артистов и танцовщиков лучших балетных трупп, педагоги – действующие хореографы-постановщики, артисты. Обстановка очень творческая, такой особенный танцевальный мирок. Мне вообще в Америке нравится демократичность в отношениях педагог-студент. Так, даже с бродвейской звездой первой величины всегда можно поболтать после занятий, попросить совета, а то и договориться о сотрудничестве.

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozado

Чем помимо обучения в школе ты еще занималась в Нью-Йорке?

Танцевальный мир Нью-Йорка очень динамичный и активный – здесь можно как попробовать свои силы на кастингах в многочисленные шоу мирового уровня, так и бесконечно учиться – начиная с легендарных техник танца модерн в школе Марты Грэм или Элвина Эйли, классической школы джаза Луиджи и заканчивая лучшими в мире классами по хип-хопу и другим уличным стилям. Я учусь, без перерыва, потому что в этом городе просто жаль терять время. Параллельно с учебой я закончила курс инструкторов Пилатеса – знаменитой методики упражнений, разработанной Джозефом Пилатесом именно в Нью-Йорке, в середине XXвека. Также я снималась в видеоклипах и на ТВ, короткометражных фильмах, в фотопроектах в качестве модели, участвовала в танцевальных мероприятиях национального масштаба (например, ритуализированный танец на площади Линкольн центра в память о трагедии 11 сентября), выступала в качестве солиста в реконструированных легендарных джазовых постановках, а также в постановках действующих бродвейских хореографов на различных танцевальных фестивалях.

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozado

Ты также много работала как хореограф?

Да, ставить мне всегда было интересно, и в Нью-Йорке очень много возможностей презентовать свою работу. Так, завершив очередную постановку, я снимала репетиционные видео и рассылала их по различным фестивалям – сейчас на моем счету уже шесть театров, в которых были представлена моя хореография, и это в равной мере также увлекательно, как и танцевать самой. Зачастую я, кстати, танцую в своих постановках. Было увлекательно, вернувшись этим летом на несколько недель в Москву, провести мастер-классы в моей родной студии – количество и качество приобретенного опыта требуют выхода, хочется делиться им.

 

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozadoТы приняла участие в легендарной летней школе JacobsPillow этим летом. Расскажи об этом опыте, возможно ли туда попасть, не учась в Америке?

Jacob’sPillow – это совершенно уникальный танцевальный опыт, пожалуй, лучший в моей жизни. И, да, попасть туда может каждый – кастинги проходят как в Америке, так и в Европе, а также есть опция видео-кастинга, причем есть возможность получить грант на обучение, и провести три недели в ярчайшем творческом процессе с лучшими бродвейскими хореографами. Каждый год со всего мира набирают 12 юношей и 12 девушек – в этом году конкурс составил свыше 4000 человек, и мне повезло оказаться среди этих счастливчиков. Три недели мы жили в американской танцевальной Мекке – фестиваль там проходит каждое лето с 1933 года, съезжаются выступать лучшие танцевальные компании мира. Потрясающая творческая атмосфера, лучшая хореография и лучшие хореографы – директор программы Чет Уокер, танцовщик и ассистент Боба Фосса в прошлом, сейчас – обладатель множества наград за хореографию на Бродвее. Я горячо рекомендую всем попытать счастья, отправив видео-заявку! Это незабываемо, огромный опыт в такие сжатые сроки.

 

Естественно все джазовые танцоры мечтают после учебы попасть на Бродвей, а тебе это удалось – да еще и в мюзикл легендарного Боба Фосса! Как проходил кастинг? Насколько ты переживала?

Кастинг проходил в несколько этапов, во многом мне повезло – Чет Вокер, директор программы в Jacob’s Pillow, возрождал мюзикл «Пиппин» на Бродвее в 2013 году, и он устроил для нас своеобразный видео-кастинг. По его результатам некоторые из студентов были приглашены на туры кастинга в Нью-Йорке, и мне удалось пройти их до конца – через танец, вокал и актерское мастерство. Это специфика танцевальной профессии в Америке, особенно в джазе — нужно уметь все, быть, что называется, «три в одном». Стиль же Боба Фосса мне очень близок, по сути, это хореография мечты. А «Пиппин» был первым мюзиклом, который я увидела вживую на Бродвее. В декабре приступаем к репетициям, и уже в январе начинаем гастрольный тур по всей Северной Америке. Мечты сбываются, я в предвкушении!

 

Ты уже прошла довольно большой путь – конкурсы и большая сцена, множество танцевальных направлений, школ, городов. Были ли переломные моменты на этом пути?

Да, довольно драматичный момент в моей танцевальной жизни был связан с травмой. Я проходила кастинг в конце обучения в Париже, в мюзикл по фильму «Грязные танцы», и, танцуя с партнером, неудачно приземлившись на каблуках, травмировала стопы, которые к тому времени уже были не в лучшем состоянии. В итоге до начала обучения в Нью-Йорке мне пришлось и вовсе взять тайм-аут в несколько месяцев, в надежде на то, что боль утихнет, однако после первого же семестра в Steps я поняла, что надорванные связки сами собой не заживут, и решилась на операцию. Лето между семестрами я провела на костылях, практически месяц – лежала, и возвращаться в привычную форму было очень нелегко. Фактически, возвращение былой подвижности суставов заняло полгода, однако я времени не теряла – активно ставила танцы сама, заменяла балетные классы партерной гимнастикой, училась на инструктора по Пилатесу, участвовала в модельных проектах. Во многих случаях травма открывает новые горизонты, заставляет пересмотреть методы работы со своим телом, научиться его слушать. Это был тяжелый, но нужный этап, и сейчас, пройдя через него, я чувствую, что могу все.

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozado

Что ты можешь посоветовать тем, кто нацелен на профессиональную танцевальную карьеру?

В первую очередь, всегда учиться, быть «голодным» в отношении новой информации. Использовать любые возможности набраться опыта у зарубежных педагогов, расширять собственные возможности – не замыкаться только в танцах, но и развивать другие артистические навыки, быть универсальным артистом. И самое главное — пройти свой уникальный творческий путь! И помнить – танцевальный мир состоит из людей, страстно преданных своему делу, и лучшие из них всегда готовы помочь, советом, уроком, новыми горизонтами.

 

Беседовала: Нина Кудякова

Фото: предоставлены Светланой

 

 

2 ответов

  1. […] (Pippin). В октябре мы с любимым DOZADO сделали большое интервью – про танцевальное образование за границей, школы, […]

  2. […] Интервью со Светой читайте здесь: http://dozado.ru/all-that-jazz-svetlana-khoruzhina/ […]

Оставить ответ