ALL THAT JAZZ: про обучение за рубежом или как попасть на Бродвей. Интервью с танцовщицей и хореографом Светланой Хоружиной

размещено в: DANCING PEOPLE, STAGE, ВСЁ | 3

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozadoУ каждого танцора складывается уникальная судьба в профессии, и история Светланы Хоружиной – это пример того, как можно всего добиться собственными силами и желанием.

МоскваПарижНьюЙорк, от бальных танцев через контемпорари и джаз-модерн к бродвейскому джазу, как итог на сегодняшний день – годовой контракт артиста бродвейского мюзикла легендарного Боба Фосси «Пиппин», который отправляется в тур по Северной Америке этой зимой.

 Где за пределами России учиться, выступать, ставить и проходить кастинги в шоу мирового уровня, справляться с травмами и становиться сильнее  –  в истории Светланы Хоружиной.

 

У тебя за плечами обучение в Ницце, Париже и Нью-Йорке. Но до этого ты занималась танцем в Москве. Расскажи где и какими видами танца.

Начинала танцевать я, как и абсолютное большинство детишек, в студии фольклорного танца, меня туда отвели родители. Для общего развития, так сказать. Потом были бальные танцы, довольно серьезно и на целых семь лет: каждые выходные — турниры, довольно успешные выступления, стандартный набор: латина-каблуки-платья-в-стразах.. С моим первым партнером мы заняли призовое место на Первенстве Москвы по европейской программе. Все это было красиво, увлекательно и по-спортивному азартно. Однако в определенный момент мне стало тесно в рамках десяти танцев, и тогда я начала пробовать другие стили. Все: от хип-хопа в школе-студии «Тодес» до эстрадного танца в молодежных коллективах. В итоге случайным образом, уже после окончания средней школы, я нашла в интернете студию джаз-модерна (студия Людмилы Квасневской в Москве), сходила на первое занятие, и влюбилась окончательно и бесповоротно в этот стиль. С творческой группой студии мы выступали на фестивалях, ставили собственные концерты  — это было время творчества и технического роста, самого интенсивного за мою танцевальную жизнь на тот момент. Я начинала пробовать себя в хореографии – так, мы вместе с педагогом поставили соло, с которым я заняла 3 место на международном фестивале «Четыре элемента».  В это же время я открыла для себя контемпорари – занималась у Дениса Бородицкого, два года подряд ездила в его замечательный летний танцевальный лагерь.

theschoolatjacobspillow_muscialtheatredanceprogram_джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozado

 Потом ты поехала учиться в летнюю школу джазового танца OFFJAZZ в Ниццу. Почему именно туда? Какие особенности обучения в этой школе?

Как обычно это и случается, как-то раз я бродила в интернете и читала про разные танцевальные семинары в Европе. Наткнулась на сайт школы OFFJAZZ, они как раз рекламировали свои летние курсы – двухнедельный интенсив, в рамках которого можно брать классы джаза, контемпорари и классического танца у педагогов школы (директор – Джанин Лорингетт, мастер техники Мата Маттокса) и приглашенных педагогов – из разных  городов Франции и Великобритании. Я оформила туристическую визу, забронировала комнату в студенческом общежитии, оплатила курс (эту опцию предлагала сама школа, получалось вполне бюджетно) – так я впервые попала на танцевальные классы за границей. Вообще, школа OFFJAZZ является полноценным учебным заведением, предлагает программы обучения педагогов, а также программы для танцоров джаза, контемпорари или классического балета, рассчитанные на три года. При школе есть танцевальная компания, а ее выпускники впоследствии работают с лучшими хореографами Франции и Европы. Хочу отметить свое самое сильное впечатление – Анжело Монако, эксцентричного мастера модерн джаза. То, как он сочетает классический джаз с элементами современных стилей в своей хореографии, чувственно, музыкально — потрясающе. Он работает со своей командой в Каннах, но ездит с мастер-классами по всей Европе.

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozado

Как ты попала в Институт джазового танца в Париже?

Каждый август танцевальный центр VORTEX в Москве организовывает Джаз-конгресс – серию мастер-классов совместно с преподавателями из Франции, Великобритании и США, с большим концертом в Международном  Доме музыки. Приехав из Ниццы, я практически сразу включилась в этот процесс – такое уж насыщенное выдалось лето. Так я попала на занятие к директору парижского Института джазового танца Рику Одумсу, а также к Джеральдин Армстронг, его коллеге. Это был джаз, с которым я уже была знакома, с одной стороны – и что-то совершенно новое и захватывающее, с другой. Я не пропускала ни одного занятия, и спустя неделю классов Рик предложил мне грант на годовое обучение в его школе в Париже. Благодаря поддержке и энтузиазму моих любимых родителей я решилась ехать – оформила академический отпуск в университете (училась в Высшей школе экономики на отделении Культурологии на тот момент), собрала внушительное портфолио на основании прошлых заслуг в танцах, перевела все на французский, и получила годовую студенческую визу.

Получается тебя взяли учиться во Францию, при том что у тебя не было на тот момент специального хореографического образования – ни профессиональной балетной подготовки, ни обучения в хореографическом  вузе. Почему тогда тебя выбрали?

На тот момент у меня уже было 15 лет танцевальной практики за плечами, многолетний опыт танцевальных конкурсов. К тому же синтез техники бального танца, которую я считаю родной, модерна, джаза и множества современных направлений стал для меня определенным рецептом успеха – в джазе важно в равной мере чувствовать как правильные классические линии, так и мелкую работу по изоляции частей тела, стиль, драйв.. Я за это и люблю танцевать, пожалуй. Могу сказать, что я нашла свое направление и показала себя с лучшей стороны – я всегда была амбициозной, была довольно строга к себе, много работала и хотела учиться. Думаю, Вселенная меня тогда услышала, и таким небанальным образом предложила продолжить танцевальный путь. Рик искал перспективных учеников, и он увидел эту перспективу во мне.

 

 

Сложно ли было в первое время?

Конечно. Во-первых, другая страна и языковой барьер (несмотря на то, что французский я достаточно долго учила в школе и не была «нулем»). Во-вторых, профессиональная система танцевального образования и вообще студенты-танцоры – все это было в новинку. Утро начиналось в 8:30 с урока классического танца, и в течение дня мы изучали техники танца модерн (Хортон, Грэм), джаз, афро-джаз, технику джазовой импровизации. В конце семестра по каждой дисциплине – экзамены, атмосфера – накаленная. К тому же, мало кто учился бесплатно, большинство ребят платили за обучение, поэтому отношение ко мне было разным. Пришлось в довольно сжатые сроки «догонять» однокурсников по технике – например, раньше я никогда так плотно не занималась классическим танцем. Однако я чувствовала себя отлично – наконец-то можно было посвящать танцам целые дни, практически жить в Институте. У нас была форма – только купальник и трико, строгие преподаватели, методичность – я люблю дисциплину в принципе, и поэтому мне было комфортно в этих рамках. Рик Одумс – мастер техники Мата Маттокса, стал моим мастером на целый год – предел мечтаний. С каждым днем я чувствовала джаз все лучше и лучше.

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozadoРасскажи про систему танцевального образования во Франции.

Во Франции все, кто желает связать свою жизнь с танцами, учатся в таких учебных заведениях, как Институт джазового танца – начиная лет с 16. Обычно обучение занимает несколько лет, и когда студент готов попробовать свои силы в поступлении на конкретное отделение подготовки – педагогики или искусства представления, он пробует сдать единый государственный экзамен по технике – джаза, контемпорари или классического танца. Сдача этого экзамена – проходной билет на следующую ступень танцевального образования, средне-специальную, по-нашему. Сдать этот экзамен с первого раза удается далеко не всем, но у меня получилось. Он состоял из трех частей: подготовка заданной и единой для всех хореографии, презентация соло собственного сочинения и импровизации. Могу сказать, что сама подготовка к экзамену существенно повысила мой уровень, так что это был необходимый опыт.

Вообще, в течение года обучения во Франции я имела дело с огромным количеством документов – французы по сути своей бюрократы, ну а к иностранцам внимание особенно пристальное. Обязательный медицинский осмотр для держателей длительных виз, процесс подачи документов на сдачу государственного экзамена, вообще большой обмен разнообразными бумажками – это все может быть довольно непросто, но я освоилась, подучила язык. К тому же иностранный студент во Франции имеет возможность работать определенное количество часов в неделю, а также можно найти бюджетные варианты жилья – так что вариант обучения там является абсолютно реальной возможностью, хоть и немногие об этом знают.

Ты успешно сдала экзамен по джазу и поступила на факультет педагогики – почему ты передумала учиться во Франции и уехала  в Нью-Йорк?

Много раз за год, что я провела в Институте в Париже, к нам приезжали с мастер-классами педагоги из Нью-Йорка, в частности, из легендарной школы Элвина Эйли, а также Чет Уокер, бродвейский хореограф ( с которым я познакомилась  ближе уже после, в США). Так для меня словно приоткрылась другая дверь – в, собственно, столицу джаза, музыки и танца. Летом после окончания второго семестра в Париже я поехала в Нью-Йорк как турист, заранее написав в одну из лучших танцевальный студий, Steps on Broadway. Они к тому времени уже закончили набор на свою двухлетнюю программу обучения, и я попросила об индивидуальном просмотре. Поскольку меня интересовало джазовое отделение (а у них еще есть балет и контемпорари), меня отправили на самый сложный джазовый класс, побеседовали, посмотрели портфолио. Вообще, туда можно отправить и специальным образом снятое видео, на кастинг, но у меня была возможность съездить и посмотреть, захочу ли я там остаться – и место притянуло. Опять же, очень помогли мои замечательные мама и папа, которые поверили в этот проект, в мои силы, и поддерживают меня на протяжении всего этого пути. Оформить американскую студенческую визу оказалось гораздо легче, чем французскую, потребовались только документы о зачислении на учебную программу, — так я оказалась в Нью-Йорке. В это время я также дистанционно заканчивала обучение в ВУЗе и подрабатывала в интернете, фактически, по специальности – помощником PR-менеджера.

 

Steps считается одной из престижнейших студий Нью-Йорка, из наших танцевальных легенд там давали классы Майя Плисецкая и Михаил Барышников. Какова программа обучения?

Помимо технических классов (а это классический танец минимум четыре раза в неделю, пять-шесть классов по специальности и еще несколько классов по «неродным» танцевальным направлениям) программа включает в себя теоретические и прикладные вспомогательные дисциплины – вокал, актерское мастерство, анатомию, теорию музыки, историю танца, диетологию, искусство представления, технику импровизации, композицию и репертуар с действующими хореографами, в том числе и с Бродвея. В конце каждого семестра – отчетный концерт, в течение года – несколько выступлений на городских фестивалях, на телевидении. На открытых классах в Steps регулярно можно встретить бродвейских артистов и танцовщиков лучших балетных трупп, педагоги – действующие хореографы-постановщики, артисты. Обстановка очень творческая, такой особенный танцевальный мирок. Мне вообще в Америке нравится демократичность в отношениях педагог-студент. Так, даже с бродвейской звездой первой величины всегда можно поболтать после занятий, попросить совета, а то и договориться о сотрудничестве.

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozado

Чем помимо обучения в школе ты еще занималась в Нью-Йорке?

Танцевальный мир Нью-Йорка очень динамичный и активный – здесь можно как попробовать свои силы на кастингах в многочисленные шоу мирового уровня, так и бесконечно учиться – начиная с легендарных техник танца модерн в школе Марты Грэм или Элвина Эйли, классической школы джаза Луиджи и заканчивая лучшими в мире классами по хип-хопу и другим уличным стилям. Я учусь, без перерыва, потому что в этом городе просто жаль терять время. Параллельно с учебой я закончила курс инструкторов Пилатеса – знаменитой методики упражнений, разработанной Джозефом Пилатесом именно в Нью-Йорке, в середине XXвека. Также я снималась в видеоклипах и на ТВ, короткометражных фильмах, в фотопроектах в качестве модели, участвовала в танцевальных мероприятиях национального масштаба (например, ритуализированный танец на площади Линкольн центра в память о трагедии 11 сентября), выступала в качестве солиста в реконструированных легендарных джазовых постановках, а также в постановках действующих бродвейских хореографов на различных танцевальных фестивалях.

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozado

Ты также много работала как хореограф?

Да, ставить мне всегда было интересно, и в Нью-Йорке очень много возможностей презентовать свою работу. Так, завершив очередную постановку, я снимала репетиционные видео и рассылала их по различным фестивалям – сейчас на моем счету уже шесть театров, в которых были представлена моя хореография, и это в равной мере также увлекательно, как и танцевать самой. Зачастую я, кстати, танцую в своих постановках. Было увлекательно, вернувшись этим летом на несколько недель в Москву, провести мастер-классы в моей родной студии – количество и качество приобретенного опыта требуют выхода, хочется делиться им.

 

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozadoТы приняла участие в легендарной летней школе JacobsPillow этим летом. Расскажи об этом опыте, возможно ли туда попасть, не учась в Америке?

Jacob’sPillow – это совершенно уникальный танцевальный опыт, пожалуй, лучший в моей жизни. И, да, попасть туда может каждый – кастинги проходят как в Америке, так и в Европе, а также есть опция видео-кастинга, причем есть возможность получить грант на обучение, и провести три недели в ярчайшем творческом процессе с лучшими бродвейскими хореографами. Каждый год со всего мира набирают 12 юношей и 12 девушек – в этом году конкурс составил свыше 4000 человек, и мне повезло оказаться среди этих счастливчиков. Три недели мы жили в американской танцевальной Мекке – фестиваль там проходит каждое лето с 1933 года, съезжаются выступать лучшие танцевальные компании мира. Потрясающая творческая атмосфера, лучшая хореография и лучшие хореографы – директор программы Чет Уокер, танцовщик и ассистент Боба Фосса в прошлом, сейчас – обладатель множества наград за хореографию на Бродвее. Я горячо рекомендую всем попытать счастья, отправив видео-заявку! Это незабываемо, огромный опыт в такие сжатые сроки.

 

Естественно все джазовые танцоры мечтают после учебы попасть на Бродвей, а тебе это удалось – да еще и в мюзикл легендарного Боба Фосса! Как проходил кастинг? Насколько ты переживала?

Кастинг проходил в несколько этапов, во многом мне повезло – Чет Вокер, директор программы в Jacob’s Pillow, возрождал мюзикл «Пиппин» на Бродвее в 2013 году, и он устроил для нас своеобразный видео-кастинг. По его результатам некоторые из студентов были приглашены на туры кастинга в Нью-Йорке, и мне удалось пройти их до конца – через танец, вокал и актерское мастерство. Это специфика танцевальной профессии в Америке, особенно в джазе — нужно уметь все, быть, что называется, «три в одном». Стиль же Боба Фосса мне очень близок, по сути, это хореография мечты. А «Пиппин» был первым мюзиклом, который я увидела вживую на Бродвее. В декабре приступаем к репетициям, и уже в январе начинаем гастрольный тур по всей Северной Америке. Мечты сбываются, я в предвкушении!

 

Ты уже прошла довольно большой путь – конкурсы и большая сцена, множество танцевальных направлений, школ, городов. Были ли переломные моменты на этом пути?

Да, довольно драматичный момент в моей танцевальной жизни был связан с травмой. Я проходила кастинг в конце обучения в Париже, в мюзикл по фильму «Грязные танцы», и, танцуя с партнером, неудачно приземлившись на каблуках, травмировала стопы, которые к тому времени уже были не в лучшем состоянии. В итоге до начала обучения в Нью-Йорке мне пришлось и вовсе взять тайм-аут в несколько месяцев, в надежде на то, что боль утихнет, однако после первого же семестра в Steps я поняла, что надорванные связки сами собой не заживут, и решилась на операцию. Лето между семестрами я провела на костылях, практически месяц – лежала, и возвращаться в привычную форму было очень нелегко. Фактически, возвращение былой подвижности суставов заняло полгода, однако я времени не теряла – активно ставила танцы сама, заменяла балетные классы партерной гимнастикой, училась на инструктора по Пилатесу, участвовала в модельных проектах. Во многих случаях травма открывает новые горизонты, заставляет пересмотреть методы работы со своим телом, научиться его слушать. Это был тяжелый, но нужный этап, и сейчас, пройдя через него, я чувствую, что могу все.

джаз, бродвей, светлана хоружина, боб фосс, dozado

Что ты можешь посоветовать тем, кто нацелен на профессиональную танцевальную карьеру?

В первую очередь, всегда учиться, быть «голодным» в отношении новой информации. Использовать любые возможности набраться опыта у зарубежных педагогов, расширять собственные возможности – не замыкаться только в танцах, но и развивать другие артистические навыки, быть универсальным артистом. И самое главное — пройти свой уникальный творческий путь! И помнить – танцевальный мир состоит из людей, страстно преданных своему делу, и лучшие из них всегда готовы помочь, советом, уроком, новыми горизонтами.

 

Беседовала: Нина Кудякова

Фото: предоставлены Светланой

 

 

3 ответов

  1. […] (Pippin). В октябре мы с любимым DOZADO сделали большое интервью – про танцевальное образование за границей, школы, […]

  2. […] Интервью со Светой читайте здесь: http://dozado.ru/all-that-jazz-svetlana-khoruzhina/ […]

  3. Many people puush tһiѕ element օf their personal health cate
    to the wayside. Вy conventional medical definition, blood pressure level (BP) mеɑns tһe fⲟrce of blood contrary to the arteries іf the heart beats, in аddition to in the event the heart rests.
    I encourage my patients аnd clienbts to givе themseⅼves permission tо undergo the stages — Aof grief.

Оставить ответ